28.09.2008
Скачать в других форматах:

Йохем Даума

Бытие

2.7. Тест на выносливость: жертва Авраама

 

1. Уверенность Авраама в том, что Бог исполнит все Свои обещания, нигде так чётко не проявляется, как в его готовности пожертвовать Исаака (Быт. 22). С точки зрения морали все аргументы выступают против принесения человека в жертву. Похоже даже на то, что завет с Богом разрывается, поскольку Авраам получил обещание, что через Исаака он станет великим народом. После изгнания Измаила (Быт. 21) будущее для Авраама без Исаака уже не будет иметь смысла. Рядом с Исааком как воплощением животворящего слова Божьего и горой перед собой, на которой он должен принести в жертву Исаака, возникает вопрос, как Авраам пройдёт это испытание, данное ему Богом (Быт. 22,1). С непоколебимым доверием к Божьим обещаниям он переносит этот нелёгкий час испытаний, аналога которым мы не найдём во всём Ветхом Завете.

На вопрос Исаака, где агнец для всесожжения, Авраам отвечает: ‘Бог Сам усмотрит Себе агнца, сын мой’ (Быт. 22,8). Не понимая как, Авраам верит Богу, что Тот исполняет Свои обещания. Авраам подумал, что Бог силен и из мертвых воскресить Исаака (Евр. 11,19). Но Аврааму не приходится поднять руку на своего сына, как только становится ясно, что он приносит жертву из глубины сердца. Ангел, который задерживает руку Авраама над Исааком, взывает от имени Бога: ‘Теперь Я знаю, что ты боишься Меня: ты не пожалел Мне своего сына, единственного сына’. Вместо Исаака был принесен в жертву баран, которого Авраам увидел в кустах (Быт. 22,12).

Второе появление ангела, последовавшее в Быт.22,15, мы не должны воспринимать как дополнение к этой истории. Оно выступает важной частью этой истории. Клятва, которую Бог даёт, чтобы придать силы обещаниям, данным Аврааму, – это вознаграждение за веру Авраама и подтверждение завета между Богом и ним. К этой клятве, данной не при заключении завета с Авраамом в Быт. 15 и 17, а при его подтверждении в Быт. 22, будут ещё не раз возвращаться (Быт. 24,7; 26,3; 50,24; Исх. 6,7; 13,5.11; Втор. 8,18; Иез.20,5; Лук. 1,72; Евр. 6,13; 7,20).

Мы также можем обратить внимание на готовность Исаака быть пожертвованным. В этой истории не следует воспринимать его как маленького ребёнка, поскольку он был в силах пуститься в путь и нести на плечах дрова для всесожжения. Без каких-либо возражений он позволяет себя связать и положить на алтарь (Быт. 22,9). Особенный акцент на этом делают иудейские толкователи, называя этот рассказ ‘Акведа’, что значит ‘связывание’ Исаака. Вера отца – это также вера и сына.

 

Было бы несправедливым видеть в борьбе, которую пережил Авраам, только борьбу между ‘телом’ и ‘духом’, которую переживает каждый верующий в своих испытаниях. Здесь всё намного сложнее, поскольку речь идёт о принесении Исаака в жертву. Этот аспект, имеющий отношение к истории спасения, очень часто упускается при толковании Быт. 22, как свидетельствуют исследования Лерха [1950, 70-96].

Как-то Кант писал, что Авраам должен был так отвечать на вымышленный божий голос: То, что я не обязан убивать своего хорошего сына, - это точно; но то, что ты, как мне кажется, Бог, - в этом я совсем не уверен и не стану таким, хотя голос и звучит с ясного неба! [процитировано Вестерманном II, 1981,432]. Это была точка зрения Канта. Во всяком случае, Бог может и не возражать против закона морали, гарантом которой Он выступает. Но Авраам думал иначе, чем этот философ. Авраам не отделяет задание, которое ему дал Бог, от особы Бога, которого он знает. Он приступает к выполнению с верой, что Бог даже в этом повелении выступает как Бог, которому можно довериться, а не как своевольная особа.

Заключение истории с жертвой Авраама рассматривается многими экзегетами, как последующее дополнение. Даже Вестерманн считает, что это видно и без особого анализа. Он указывает на разницу в стилях. Быт. 22,15 не обладает больше чертами рассказа [II,1981,445]. По-моему, это окончание полностью подходит ко всей истории, тем более обратите внимание на то большое значение, которое позже придаётся этой клятве. Повторение и подчеркивание Божьих обещаний подходят к целому рассказу, который не приостанавливается ст. 15, а ст. 19 красиво оканчивается.

Взяв за основу евр. глагол qd (‘связывать’, Быт.22,9), в иудейской традиции рассказ о жертве Авраама имеет название Акведа, в котором несправедливо главную роль играет не Авраам, а Исаак. Особенной силой наделяется готовность Исаака принести себя в жертву. См. Ревентлов [1968,78] и Лерх [1950,16]. Лерх указывает на то, что Исаак был страдающим человеком, которого всё же спасли, и таким образом, это может стать утешением стеснённому еврейскому народу, который ждёт своего освобождения. Очевидным является то, что позже Исаак стал прототипом Иисуса, который как страждущий взял на себя крест, точно так, как Исаак взял дрова для своего жертвоприношения и понёс к алтарю [Lerch 1950, 30, 132]. Лютер говорит об Исааке, что он как ягнёнок, приготовленный для жертвоприношения, не позволил себе произнести и слово. Кроме Иисуса, нет больше нигде примера такой покорности. Кальвин ещё более немногословный. Он тоже придерживается мнения, что перед тем, как Исаака положили на алтарь, его отец поставил его в известность всего того, что будет происходить [Lerch 1950,194].

 

2. Толкование Быт.22 привело в современной экзегетике к множеству размышлений о жертвоприношении детей. Считают, то, что содержит Быт. 22 сейчас, может быть обработкой текста, который указывал на отмену принесения детей в жертву и переход от жертвоприношения детей к жертвоприношению животных. Но тогда ещё более важным является поиск ответа на вопрос, почему Бог позволил, чтобы этот закон проявил свою силу на ребёнке Исааке. Позже в законе Моисея строго воспрещалось приношение детей в жертву богу Молоху, так как это оскверняет имя Бога (Лев. 18,21; 20,2). Такое жертвоприношение детей (сыновей и дочерей) богам через убивание и сжигание было очень распространённым в древнем мире. Это не миновало и Израиль (4 Цар. 16,3; 21,6; Пс. 105,37; Иер. 19,5; Иез. 23,37; Мих. 6,7). Бог Сам предъявляет права на этих детей, как это вытекает из задания отдавать Ему сыновей-первенцев, равно как и первенца мужского пола от скота, овец и козлов (Исх. 22,29; 34,19). Тот факт, что животные должны быть принесены в жертву, а дети нет, ничего не меняет в праве Бога на всех первенцев. Подумайте о левитах, которые как ‘собственность Яхве’ заняли место всех первенцев (Чис. 3,11- 40). За сыновей первенцев должны платить Ему выкуп (Исх. 34,20; Чис. 3,46). Не соглашаясь с тем, что Израиль законно когда-то приносил детей в жертву, право Бога на всех первенцев остаётся вне всяких сомнений.

Рассказ в Быт.22 будет всегда шокировать тех, кто отделяет этику от Бога и Библии и требует, чтобы Бог оправдывался по принципам морали, существующим среди людей. Он Бог не по милости нашей этики.

Авраам, доверяя этому Богу, смог выстоять испытание огнём. Кто Его отвергнет, не сможет никак понять того обещания, что Он Сам отдаст Своего единородного сына ради спасения этого мира (Ин. 3,16).

 

См. Килиана [1970,113] о (вымышленном) основании Быт.22, который открыл даже два рассказа, существовавших до этого рассказа. Второй рассказ направлен на замещение жертвоприношения детей на жертвоприношение животных. Таким образом, рассказ об Аврааме – это снова очередная новая версия. Рамка, в которую помещено текст Быт. 22 (от испытания в стихе 1 до развязки в ст. 12), указывает на испытание веры Авраама, и ничто не говорит о решении по поводу жертвоприношения детей. Много экзегетов-критиков считают, что в Израиле также было законно принято приносить детей в жертву. См. Гаутмана [II,1989,153], который полагает, что нет достаточно оснований, чтобы утверждать, что когда-то в Древнем Израиле жертвоприношение первенцев было общепринятой практикой.

 

3. История, описанная в Быт. 22, - хорошая иллюстрация того, что значит ходить перед Божьим лицом и жить непорочно. Это Бог требует от Авраама (Быт. 17,1). В то время как в Быт. 12 внимание полностью обращено на то, что Бог обещает Аврааму, Быт.15 подаёт ответ Авраама на обещание, касающееся многочисленного потомства: он доверял (или: верил) Богу, Который ему засчитал это как ‘праведность’ (Быт. 15,6). Добрая реакция Авраама на то, что Бог обещает, перерастает в Быт. 17 в задание. Бог требует от него: ‘ходи передо Мной и живи непорочно’. Еврейское слово ‘непорочный’ указывает не на безупречно чистую жизнь, а на однозначный выбор Бога, когда Авраам всегда обращает свой взор к Богу. Следует уделить внимание и тому факту, что заключение завета вместе с обещаниями, данными Аврааму, не зависело от его послушания. Его доверие Богу и непорочный жизненный путь – это ответы на Божьи деяния. Это вовсе не условия, которые Бог ставил перед тем, как заключать завет с Авраамом или другими патриархами.

 

 

 Ходить с Богом (или: ‘перед Его лицом’) – это высказывание встречалось уже, когда говорилось о Енохе и Ное (Быт. 6,9). Оно обозначает такую жизнь, когда человек постоянно видит Бога перед собой, ощущает Его близость и помощь и полностью доверяет Его слову. Иаков говорит, что Авраам и Исаак именно так прожили жизнь, что его самого Бог пасёт всю его жизнь (Быт. 48,15).

Слово ‘непорочный’ – это перевод еврейского слова tāmīm или tām (Быт. 25,27). О животных, которых брали для жертвоприношения, мы читаем, что они должны были быть tāmīm, в смысле здоровья и без пороков (Лев. 1,3.10; 22,19; Чис. 6,14; 29,2 и др.). Такими должны быть и люди в своих отношениях к Богу: ‘чистыми’, ‘простыми’ и ‘едины сердцем’.

В Быт.15,6 под словом праведность можно понимать те вознаграждения или заслуги, которые причитаются Аврааму; но тогда с двойным ограничением, которое тоже можно найти в Быт. 15,6. Авраам доверял или верил Богу (евр. hè’èmīn bejhwh), то есть он воспринимал всерьёз то, что Бог ему обещал. Употребляя корень евр. слова mn мы можем назвать это как ‘сказать аминь’ на слова обещаний Бога. Второе ограничение заключается в том, что Бог засчитал (евр. chšb) доверие Авраама как вознаграждения или заслуги. Другими словами, за эти заслуги, которые у него были, он должен быть благодарен не себе, а Божьему решению. Лучше всего здесь переводить евр. слово tsedāqā как ‘праведность’, поскольку оно встречается также и в Рим. 4,3.9.22; Гал. 3,6 и Иак. 2,23. О переводе Быт. 15,6 см. Кваккела [1996]. ‘Праведность’ часто ассоциируется с отношениями, которые человек имеет с Богом или/и своими ближними и в которых он ведёт себя правильно. В данном случае речь идёт об отношениях между Богом и Авраамом, которые в Быт. 17 приводят к заключению завета. Бог дал ему невероятные обещания, которым Авраам всё-таки поверил. Яхве воспринимает это как ту позицию Авраама, на которую Он и рассчитывал, и как результат, Он обещает Аврааму и его потомкам дать землю во владение [Kwakkel 1996,50].

 

Йохем Даума. «Комментарий к Ветхому Завету» в 4 т.

Готовится к публикации издательством «Коллоквиум».

www.colbooks.org

2009–2012 гг.

© Ukraine Cie Hattem

 

Евангельская Реформатская Семинария Украины

  • Лекции квалифицированных зарубежных преподавателей;
  • Требования, которые соответствуют западным семинарским стандартам;
  • Адаптированность лекционных и печатных материалов к нашей культуре;
  • Реалистичный учебный график;
  • Тесное сотрудничество между студентами и местными преподавателями.

Этот материал еще не обсуждался.